1

 

    Небо, недавно бывшее чистым и ясным, теперь затянулось серыми тучами

разнообразных форм.

    Они двигались, ползли, налезая  одна на другую, причудливо изменялись, и каждая стремилась закрыть собой солнце, хотя бы ненадолго. Но ветер упрямо гнал их вперед и солнышко то появлялось, то исчезало. Одаривало нас улыбкой и вновь скрывалось.    

 -Вот заволокло -произнес дед Макар- хм, быстро они!

   Рядом с ним на скамеечке сидела его внучка Даша, светловолосая девочка, тринадцати лет, часто приезжавшая погостить к дедушке. На корточках напротив скамейки примостился Миша, приятель Даши. Он тоскливо, но в тоже время внимательно наблюдал за Дашей и её дедушкой.

 -Кто они? Забавный ты , дедушка -произнесла она улыбаясь.

-Тучи косматые, всё стараются. Посмотри на них только! Дождь будет, пошли домой, внучка.

-Дедуль, ты так говоришь, как будто они живые.      

 Старик покачал головой и усмехнулся.

-Дед Макар ничего просто так говорить не будет,- вмешался в разговор Миша.

-Да ну вас!- засмеялась Даша и обняла старика. -Пойдем дедушка домой, а то намокнем.

Миша насуприл брови.

-Ну хорошо, пошли раз сказала. Вы ведь все так разумные из города, словно с обидой произнес дед Макар, но в тоже время улыбаясь.

Даша засмеялась.

-Смотрите, смотрите летят! Ого! Раз, два…,да их много! Лебеди!- взволнованно произнес Миша.

-Да, красивая птица. Царская!- сказал старик.

-Мне бы такую домой, она бы у меня жила, а я бы за ней ухаживала и кормила её…

-Да! Все вам бабам нужно!- прервал мечтания Даши старик.- Эх, лебедя ей домой. Он тем и красив, что пока в клетке жить не хочет.

-Угу, ну да-с обидой произнесла Даша.

Миша задумался и молчал.

-А они к нам на пруд, да? Дед Макар? –вдруг спросил он.

-Скорее да. Может освоятся у нас. Сейчас перед дождем всяки букашки повылазят из норок по делам своим. И червячки из земли вылезут, водицы попить, а птица к берегу подходит и ест их, глупых. А вот погибнет любимая лебедя- лебёдушка, так он поёт ей свою полную тоски, последнюю песню, и потом камнем вниз.

-И насмерть?- испуганно спросила Даша.

-Когда как…

-Любит значит, раз жить без неё не может. Дедушка ?

-А вот поди знай. Вроде птица, а как чувствует! Как человек.

-Просто так никто с жизнью не расстанется- произнёс Миша.

Даша как-то сердито глянула в Мишину сторону, надула задумчиво губки.

-Все пошли домой , деда!

-Ну пошли , -старик встал кряхтя.

-Пока Даша- подскочил  Миша.

-Завтра ещё увидимся, а то я что-то замерзла, и дождь кажется будет.

-А ты завтра уезжаешь?

-К обеду где-то, но через два дня я опять приеду.

-Ну я завтра зайду…

-Хорошо.

-Пока!

-Пока.

   Даша бросилась вдогонку за дедом. Миша проводил её взглядом, вздохнул , постоял еще немного, размышляя и потом быстрым шагом зашагал домой.

 

 

                                                                          2

 

  Зайдя в дом Миша бросился к своим рыболовным снастям. Перерезал донку и взял крючки с поводками, выбрав самую толстую леску. Захватил связку бечевки. Выйдя на улицу, залез на крышу сарая и стянул оттуда самую широкую и длинную доску. Подумал, и стал откидывать камни, оставшиеся от постройки сарая. Извлёк оттуда с десяток больших и длинных червей- выползков. Сунул их в консервную банку. Зашел в сарай, нашёл на полке картонную коробку с крупными шиферными гвоздями. Набрав полную руку , засунул их в задний карман джинсов. Поводки с крючками и бечёвку также затолкал в оттопыренные карманы. Взял под мышку доску. В другую руку банку с червями. Зашагал в сторону пруда.

                                                   

                                                              *       *       *

 

   Дождя всё не было…  Миша прибыл к пруду и остановился. Вдалеке, прямо посреди озера колыхались на волнах восемь каких-то комочков, выделяясь среди воды своей белой, белой с серой и коричневатой окраской.

-Прилетели. Тута!- произнёс Миша.

Постоял, подумал и направился к самому густому и большему участку осоки. Положил доску на землю. Взял попавшийся камень и заколотил туда гвозди. Привязал к ним поводки с крючками. К одному крайнему гвоздю привязал конец бечёвки. Другой конец привязал к стволу растущей рядом с берегом молодой иве. Насадил на крючки выползков. Разделся и повёл доску по воде, огибая островок осоки. Пройдя пятнадцать метров , поплыл, держа доску впереди себя. Посреди островка оставил доску, прибив её к камышам и аккуратно разложив на ней извивавшихся червей. Поплыл назад. Вылез на берег. Оделся. Сердито глянул на середину озера, и  развернувшись зашагал домой.

 

 

                                                           *        *        *

 

   Ночью, ближе к утру пошёл дождь… Крупные капли с силой били в окно и растекались по гладкому и прозрачному стеклу. Даша проснулась, испуганно выглянула в окно, но потом прислушавшись к спокойному, тихому храпу дедушки, опять легла. Завернулась потеплей в пушистый пледик и спокойно заснула.

   А через несколько домов в своей кровати, под шум дождя, бьющего по крышам, спокойно и улыбаясь во сне спал Миша.

 

                                                                       3

 

 

   Было утро. Солнце, косыми тёплыми лучами било на кровать, на которой спала Даша. Она открыла глаза. Привстала. Дед Макар уже встал видно давно, покормил хозяйство и теперь шатался по дому из стороны в сторону , что-то бурча под нос. Он уже ждал пока проснётся внучка. Даша вскочила.

— Дедушка!

-А?! О! Вот и стрекоза проснулась! Давай кушать, я уже приготовил.

-Ага.

-А Мишка уже третий раз заходил, а ты всё спишь.

-А где он?

-Да вот пошёл кроликов моих смотреть, разводить тоже хочет. Хозяйственный вырастет.     А Дашка? Как думаешь?

— А? Не знаю. Думаю да. Я сейчас умоюсь, приведу себя в порядок и выйду, тогда спрошу, что он хотел, а потом сразу кушать. Хорошо?

— Ну, конечно. Да, заходите, поешьте вместе.

-Неа.

               

                                                           *            *            *

 

 

  Она выбежала на улицу, увидела Мишку. Он все еще прогуливался возле крольчатника, с серьёзным видом слушая россказни деда Макара.

-Привет Мишка!

-Привет Даша, пошли со мной быстро до пруда сходим, а вдруг он попался!

Даша задумалась.

— Кто попался?

-А вот и не скажу. Сама увидишь. Сюрприз.

-Рыба что — ли?

-Да нет, не рыба.

-Рак?

-Нет.

-Я ещё не кушала.

-Да мы быстро. Глянем и всё тут.

Даша взглянула на дедушку.

-Ну идите, идите — произнёс тот.

— Ну, пошли.

 

                                                              *           *            *

 

    Они подходили к озеру. Капли дождя на траве ещё не высохли и блестели на ней , словно чьи-то забытые слёзы. Вдруг послышался крик . Он то нарастал, то вновь приглушался. То он походил на детский плач, то вдруг срывался и словно звал кого-то, полный надежды, то протяжно, наполненный тоской, замолкал.

-Что это?- спросила Даша.

— Не знаю- ответил помрачневший Миша.

Подойдя к берегу и увидев натянувшуюся веревку, Миша разделся и бросился в воду.

— Ты что сома ловишь?

— Нет. Повкуснее.

    Попав на место он не увидел доски. Пошёл по веревке. Вот она за камышом. Опрокинута. И там, застрявшее в осоке, запутавшееся в верёвке и поводках тельце, коричневое с серым. Лебёдушка…

 

                                                        *            *            *

 

   Она растопырила крылья, забилась в камыши, запуталась в поводках, обмотала лапку веревкой и всё это время кричала, звала его. Крючок застрявший в горле приглушал её крики. Боль, огромная боль при каждом движении, вздохе. Кровь, наполнявшая горло. Жажда воздуха. И огромная обида. Обида и грусть. Хорошо, что это продолжалось недолго. Ещё пару рывков. Хрипение. Дремота. Белоснежная головка безвольно склонилась в воду, и по воде медленно пошел алый цвет.

  Это случилось уже под утро. Вырвавшийся из плена дождь со злобой хлестал по воде, и довольно часто небо озаряла ослепительная вспышка. Гремело. Испуганная стая ничего не замечая, быстро двигалась вдоль берега.

 

                                                      *             *             *

 

  Миша схватил её за распростёртое крыло, перерезал леску и верёвку ножом. Поплыл назад. Вот  и берег. Спрятал тушку за спину.

— Даша! – позвал он.

— Ой, Миша смотри, смотри, это лебедь. Глянь, это он кричал, он поёт свою песню, как говорил дедушка.

Миша оглянулся.

   В небе метался белоснежный красавец… Вот он поднялся ввысь… Вдруг резко рванул оттуда вниз, прямо в бетонную дамбу.

— Ты видел ?! Дедушка прав , Миша. Он, наверное, убился. Как жалко. Побежали, посмотрим.

Миша стоял, не колыхнувшись на месте.

— А ты что-то там поймал? Ну не прячь, покажи.

— Глянь. Тока я живой хотел тебе эту птицу подарить — он положил на берег мертвую лебёдушку.

   Даша остолбенела. Птица лежала на берегу с раскрытыми крыльями , с изогнутой длинной шеей, слегка приоткрыв клюв, словно желающая ,что то поведать, но молчащая. А по уголку рта, всё ещё тонкой струйкой, по маленькому обрезку лески капали капельки крови, окрашивая белоснежную грудку и шею в красный цвет. Глаза были закрыты.

-Ты убил её! Она притронулась к птице. Тело ещё  немного хранило тепло.- Убил! Как ты мог!

— Я хотел сделать тебе подарок…

-Ты…

Даша заплакала и побежала прочь. Миша остался стоять. Стоял и молчал. Смотрел на испачканные кровью руки. Потом схватил птицу и бросил в воду. Побежал к дому.

 

 

                                                                           4

 

 

   Даша прибежала домой вся в слезах, заплаканная. Дедушка глянул на неё и обычная улыбка сошла с его лица.

 -Что случилось внученька? Тебя Мишка обидел? Вот я ему уши то пообрываю! Что случилось?

-Он… он лебедя убил деда, её лебёдушку, а её любимый о дамбу разбился, погиб- как ты и говорил.

-Ох, дети , дети- дед схватился за голову- Кушать не будешь?

— Нет! Не хочу я кушать! И ты с Мишкой, да?

— Как так, накажу я Мишку за убийство птицы Божьей ради забавы, а тот лебедь муж её, он может и жив. Не расстраивайся так внучка- и замолчав ушел.

 

                                                             *             *             *

 

   Возле отбывающего поезда толпились люди. Старик провожал внучку. Вступил на ступеньки. Она ещё раз глянула вокруг, но не заметив так знакомого лица Миши , поцеловала деда Макара, крепко обняла напоследок и зашла в вагон.

 

 

                                                           *               *               *     

   Миша лежал на кровати. С грустным и посеревшим лицом.                                                                                                                                                                   

-Ты не заболел? Спросила его мать.

— Не знаю. Нет. Не заболел- ответил он.  

Повернулся на другой бок. Вдруг встал.

— Мама, я возьму хлеба, пойду на озеро, хочу лебедям кинуть, чтоб они у нас жить остались.

-Хорошо, возьми — глядя на него задумчиво произнесла мать.

 

 

                                                         *                *               *

 

   Ветер закончился. Было безветренно, и вода как зеркало отражала солнечные лучи. Возле бетонной дамбы, в воде, неподвижно, на мели, только изредка  колыхаясь, друг возле друга лежали два лебединых тельца.

   Одно поменьше, другое побольше.

 

Сарахман Алексей

Факультет русской филологии I курс.